Рейтинг@Mail.ru
Навигация

← Предыдущая статья             Содержание номера             Следующая статья →

Журнал First Break – Август 2007 – Выпуск 8 – Том 25 – Новости EAGE

Нефтяная промышленность должна развеять скептицизм и быть ясной в своих целях

Три блестящих доклада были сделаны выдающимися ораторами, приглашенными для обращения на Opening Session of EAGE в Лондоне в 2007 году. Мы рады иметь возможность предоставить их речи для оценки более широкой публики. EAGE London 2007 Opening Session обращение Dr Tony Hayward, главный представитель, BP. 21 столетие началось с чувством оптимизма. Холодная Война, преобладающая последние полвека, закончилась, и настроения в мире улучшились. Битва политических идей была явно выиграна — свободный рынок и демократия победили центральное планирование. Динамичная новая информационная эра предоставляет увеличенную свободу и перспективу. Революция в биологических науках обещает здоровье, красоту и долголетие. Мировая торговля снимает запреты и, в менее развитых странах, в первое время сотни миллионов людей были вовлечены в мировую экономику, используя шанс выбраться из нищеты. Даже была надежда, что политическая сила Киото может быть превращена в действия по смягчению последствий от быстрого роста населения и экономики. Сегодня, семь лет спустя, приподнятое настроение под угрозой смены на другое направление, навстречу отсутствию безопасности. Рост боевого исламского фанатизма представляет вызов свободным рынкам и демократии. Экономическое чудо Китая и Индии дали повод для опасений уменьшения доли рынка и падения статуса более старых индустриальных стран. Перемена климата стала поводом для беспокойства для многих. Вероятно, наиболее уместно для этой конференции был вызван в воображении новый фантом от всех этих моментов. Это страх недостаточности энергетических запасов, то ли из-за заинтересованных людей из некоторых богатых ресурсами стран, то ли из-за нефтяных запасов, якобы проходящих свою высшую точку. Для тех, кто не устоял перед неразумными страхами, все находится в упадке и только жуткая энергетическая гибель мира ждет впереди. Я рад сообщить, что рассматриваю это уныние и приговор как сильно преувеличенный. Но мы должны признать, что в первом десятилетии 21 века те из нас, кто работает в энергетической промышленности, находятся в самом центре проблем, которые есть в мире. Это не слишком приятное положение. Мы должны подойти к этим проблемам мудро, уверенно и рационально. Мы должны помнить о своей цели: обеспечить продуктивную разработку мировых ресурсов нефти и газа и, благодаря этому, удовлетворить требованиям потребителей — населения планеты. У нас есть моральный долг действовать обоснованно. Мы должны достигать цели, минимизируя воздействие на окружающую среду не только нас самих, но и потребителей, которые используют нашу продукцию. Если то, что мы делаем ясно, тогда то, как мы это делаем тоже понятно. Миллионы инвесторов доверяют нам свои капиталы, мы сочетаем эти ресурсы с человеческими и затем переводим их в мир, наполненный техническими, коммерческими и политическими рисками. При партнерстве со странами, богатыми ресурсами, мы нацелены на создание благополучия для них путем предоставления энергии для жизни, таких как тепло, свет и перемещение. Я верю, что это прекрасная причина. Сегодня все еще мы должны понимать, что многие потребители не понимают все именно так. Они скептичны. И они ошибочно верят, что на энергетическую промышленность нельзя положиться, чтобы делать все правильно. Следует рассмотреть происхождение некоторой незащищенности. Только тогда мы можем ясно понимать какие действия необходимы. Я думаю, что есть четыре источника: первый, цена на нефти. Так как цена на нефть выросла в четыре раза за последние семь лет, то люди думают, что нефти и газа стало значительно меньше. В промышленности мы стараемся опровергнуть это мнение с тех пор, как многие из нас верят, что в мире осталось очень большие запасы нефти и газа. Мы знаем — из наших собственных опытов и наблюдений- я говорю как геолог, также как человек, который почти пять лет возглавлял исследования и разработку в BP- есть огромные бассейны, которые еще не используются. Мы знаем, что у нас есть и что можно разрабатывать, есть технология удвоения средней добычи нефти из существующих месторождений, мы знаем, что есть огромные запасы так называемых нетипичных нефти и газа в мощных нефтяных залежах, в пластовой нефти, в плотном газе, в метане угольных пластов и так далее. Но для потребителей, озабоченных высокими счетами в области энергии, цена на нефть — это мощный, ежедневный символ. Реальность, конечно, заключена в том, что на нефтяном рынке, то, что происходит над землей также важно, как и то, что происходит под ней. Цена на нефть — это экономическая функция запасов и потребления и по большей части она управляется текущим объемом добычи и несложным проектом будущих месторождений. Причина сегодняшней высокой цены в неспособности промышленности к быстрому удовлетворению растущих потребностей. Это не из-за недостатка доступных ресурсов, а из-за неподходящих вложений в добычу и сложную переработку. Недостаток вложений происходит постепенно в течение многих лет, не только в период эйфории Миллениума. Просто мы не предвидели, как быстро вырастут потребности. Второй источник ненадежности — это политическая нестабильность в добывающих странах. Отсутствие излишка производственных мощностей в системе поддержки возникает от недостатка инвестиций, инициирующего доверие к поставщикам в политически нестабильных странах. Нестабильность в Венесуэлле, Ираке и Нигерии и явное использование нефти, как рычаг политического давления на Россию и Ближний Восток благоприятствуют чувству предстоящей угрозы. Прекратит ли электричество неожиданно работать? Я так не думаю. Но чувство есть. Многие страны-потребители в результате обратились к своей стране с попыткой противостоять угрозе с помощью использования внутренних ресурсов. Другие, такие как Китай, обратились к процессу покупки ресурсов за рубежом. Похоже, мир забыл выражение Черчилля о том, что в энергии лучшее сбережение заключается в разнообразии ее форм и хорошо функционирующем, конкурентном рынке, в отличие от борьбы стран за одинаковые источники. В-третьих, я думаю, мы должны быть честны с этим, энергетическая промышленность не оправдала перспективы. В течение многих лет мы имели сверх-обещания и недополучение продукта, если говорить словами разработки. Мы предсказали рост добычи от мира без OPEC, который не осуществился так быстро, как надеялись. Мы все можем перечислить много причин для этого, таких как сложность строительства, или экстремальные технические задачи при работе в глубоком море. Многие из этих проблем являются политическими и связаны с бюрократией и коррупцией, гражданской борьбой и войнами, или изменение бюджетных и законодательных режимов, создающих неопределенность. Мы также советуем нашим клиентам не беспокоиться о будущих запасах и не делать необдуманных поощрений для OPEC, чтобы они вкладывали в новые производственные мощности, предвидя стабильный рост вне OPEC. И четвертая причина в росте заботы об окружающей среде. Беспокойство по поводу перемены климата и ее последствий, по- моему, обоснованы и способствуют возможному быстрому росту международных политических движений в период моей жизни на одном уровне с движением за гражданские права в США в 1960-е. Многие люди в мире боятся, что существует неразрешимый конфликт между жизненной необходимостью в энергии, такой, как тепло, свет и мобильность и опасностью перемены климата. Они верят, что стоят перед лицом двух неприятных результатов- ограничение экономического роста и процветания, или разрушения планет. Это список тем и мнений. Это ошеломляюще для энергетической промышленности, потому что мы ощущаем себя находящимися в центре тропического циклона. Я все еще немного оптимистичен и призываю вас к тому же. История уверенно показывает, что все эти проблемы склоны к действиям и инновациям. Процессу можно помочь или затормозить его политикой правительства, принятием законов, но разумная позиция в том, что проблемы могут быть решены нашими настоящими действиями. Так что же нам делать? Наше дело — это бизнес, основанный на технологии и человеческих способностях. Большая часть решения проблемы сохранения нефти и газа в будущем заключается, как всегда, в технологии. Мы все знаем примеры последних 150 лет того, как технология позволила найти новые месторождения, путем превращения невозможного ранее в ежедневную, обычную работу. Например, мы добываем в среднем только треть нефти на известных месторождениях. Мы знаем, что возможно увеличить величину нефтеотдачи в среднем до 65% или даже 80% с помощью правильных технологий. На самом деле она уже увеличена на 10% за последние 30 лет. Другой пример. Нам известны месторождения, которые не разрабатываются из-за экономической невозможности доступа к ним. Большинство из нас считают, что есть огромные запасы нефти и газа под плавучими льдами Арктики и когда-то у нас будет техника, чтобы их использовать. И другой пример. Известные бассейны содержат большое количество нефти и газа, как в известных, так и в неизвестных небольших залежах. С новой технологии мы можем использовать их. В действительности, так уже происходит в Северной Америке. Многие из этих вещей требуют новых технологий, но не стоит забывать об уже существующих. Я всегда считал интересным американский нефтяной бизнес, где в основном из-за налоговой системы, долгое время содействующей принятию рисков, небольшие залежи уже эксплуатируются с помощью новой технологии. США не являются уникальной геологической территорией и не имеют, как государство, монополии на нетрадиционные источники, такие как газ в плотных породах, угольный метан, особо густая нефть, нефть из бутиминозных сланцев или покрытые солью глубоководные бассейны. Но именно там промышленность отодвигает границы и использует эти ресурсы. Ясно, что налоговая и регулирующая политика имеет огромное влияние на промышленные процессы. Но мы не можем сидеть и винить правительство за плохую политику. Как факт, рынок, несмотря на высокие цены на нефть, представляет мощный стимул для движения когда-нибудь за границы возможностей. Не надо недооценивать знак, который подает промышленность высокой ценой на нефть. Есть буквально тысячи проектов, которые не экономичны при цене $30 за баррель и выгодны при цене $60. Конечно, это не только касательно действующих возможностей, но и о философском подходе. Это промышленная обязанность защищать правильную политику и поощрять достойное использование ресурсов. Сотрудничество промышленности, как с производителем, так и с потребителем является жизненно важным, если под угрозу ставится сохранность энергии. Задача промышленности, как существующей связи между государствами, контролирующими ресурсы и потребителями, вести этот диалог. Но вместе с прояснением действий на короткий и средний период, мы должны быть готовы к дню, когда производство пойдет на убыль. Определение времени того, что называют «Пик Нефти» будет сделано действиями всех групп, производителями, потребителями и промышленностью, унаследовавшими наступающие годы. Как промышленность, мы должны предпринимать действия, как по ограничению изменений климата, так и по уменьшению его эффектов. Мы можем, например, развивать технологию и вложения в уменьшение количества углерода в продуктах, поставляемых на рынок, особенно путем поглощения и хранения углерода. Это потребует некоторых инициатив, таких, как торговля углеводом, для создания соответствующего уровня запаса месторождения, и поэтому вложения направлены на наиболее оптимальные решения. Мы должны двигаться по пути к постепенной замене нефтяного топлива в правильном и запланированном порядке. Мы должны работать вплотную с развивающимися экономиками, путем предоставления возможности разработки их природных ресурсов, укрепления веры в то, что рынок может удовлетворить их потребности и поддержать внедрение новых технологий. Мы должны продолжать вести за собой примером в продвижении эффективности энергии и движения к уменьшению выброса углерода во всем мире. Таким образом, когда дело доходит до распределения ненадежности своевременно и целесообразно в начале 21 века, энергетическая промышленность не просто часть решения, она и есть решение. В этом отношении мы оказываем большую услугу миру. Путем развития технологии, долгосрочные вложения и принятие рисков, путем приложения знаний и действия, как ускорителя, в кооперации между производителем и потребителем, мы делаем огромный вклад в прогресс человечества. Я уверен, что этим можно гордиться.




← Предыдущая статья             Содержание номера             Следующая статья →















Яндекс цитирования
Журнал First Break и материалы всех мероприятий EAGE направляются на индексацию в систему Scopus.
Журналы Basin Research, Geophysical Prospecting, Near Surface Geophysics и Petroleum Geoscience направляются на индексацию в системы Scopus и Web of Science.