Рейтинг@Mail.ru
Навигация

← Предыдущая статья             Содержание номера             Следующая статья →

Журнал First Break – Май 2014 – Выпуск 5 – Том 32 – Crosstalk

МНЕНИЕ: Злоключения новых технологий

Колонка Эндрю МакБарнета

Шоу продолжается. Ежегодная конференция EAGE в Амстердаме, которая состоится в следующем месяце, снова заставит геонаучное сообщество продвигать новые идеи и технологии, хочет оно этого или нет. Конечно, такие ожидания не совсем справедливы, но это цена за работу в высокотехнологичной отрасли. Когда посетитель подходит к стенду на выставке и первым делом спрашивает: «Что нового?», то ответ «Да так, ничего» вряд ли можно считать уместным.

Компании по возможности вынуждены удовлетворять постоянный спрос на новшества и выставлять старый продукт в новой упаковке или с незначительными изменениями, то есть делать всё, позволяющее предположить, что они двигаются вперёд, а не стоят на месте. В то же время те, кто решается на выпуск уникальной, не имеющей аналогов технологии, может сразу привлечь к себе внимание. Проверка на прочность будет проводиться потом, когда все разъедутся по домам и станет ясно, собираются ли нефтяные компании действительно закупать выставлявшееся оборудование или услуги.

Ставка на инновации может завести в тупик. История геонаучной аппаратуры, созданной для прогресса разведочно-добывающей отрасли, изобилует неудачами, так же как и успехами. При первом знакомстве бессмысленно стараться предсказать, как покажет себя новая концепция или изобретение в мире бизнеса. Некоторые бесспорные технические новшества так и остаются невостребованными. И всё потому, что «инновация — это возможность превращать идеи в счета» (Л. Дункан).

По сути, геологи и геофизики в своей погоне за новым и лучшим должны постоянно следить за тем, чтобы не забегать вперёд, учитывая, как это будет воспринято промышленностью. Прийти к такому мнению было нелегко, после того как десять лет назад или около того нефтяные компании начали размещать большинство заказов на выполнение НИОКР в области разведки и добычи в сервисном секторе.

В новую эпоху необходимость отнюдь всегда не является матерью изобретения. И всё потому, что за исключением обладающих большими ресурсами крупных игроков, у нефтяных компаний попросту отсутствует достаточная квалификация, чтобы оценить, насколько необходимыми могут оказаться новейшие технические достижения. Убедить такие компании инвестировать средства значит просветить их, то есть практически рассказать им, что делать и как тратить деньги, а это вряд ли можно считать выигрышной стратегией сбыта.

Кроме того, возникает проблема модели рабочей группы для научных разработок в разведочно-добывающей отрасли, которая по определению не расположена к риску и привыкла полагаться на известные переменные и предсказуемую норму прибыли. Здесь нет никакого стимула, чтобы попробовать что-то новое с непредсказуемым результатом.

В настоящее время внедрение широкополосной сейсморазведки на море и на суше расширяет границы обработки и интерпретации данных, а в краткосрочной перспективе, как минимум, скажется на расходах. Следовательно, у некоторых клиентов сразу возникает проблема осознания преимуществ нового типа данных и экономических оснований для проектов широкополосных исследований. К счастью, широкополосная сейсмика, особенно морская, кажется счастливым исключением из правила. Она на удивление быстро была взята на вооружение, после того как компания Petroleum Geo-Services выпустила систему GeoStreamer для широкополосной сейсморазведки, запуск которой удачно совпал с конференцией и выставкой в Лондоне в 2007 году. Всё большее количество тендеров на трёхмерную сейсморазведку проходит с обязательным условием применения широкополосных средств.

Не все недавно появившиеся технологии ждала такая судьба, даже если они выглядели довольно многообещающе. В памяти сразу всплывает морская электромагнитная разведка как самый наглядный пример злоключений инновационной геонаучной технологии и полезного урока, который из него можно извлечь.

Целый ряд изобретений в недавнем прошлом ждали с нетерпением, к ним относилась и технология морских ЭМ-исследований с контролируемым источником (CSEM). Научные исследования в области CSEM начались ещё в начале 1980-х, но вплоть до 1999-2000 годов дело никак не доходило до практического применения в нефтегазовой разведке. Приблизительно в это время три учёных, сотрудника компании Statoil, обосновали использование ЭМ для непосредственного обнаружения углеводородов, первоначально в глубоководных поисковых объектах. Примерно тогда же Leo Srnka, сотрудник ExxonMobil и бывший президент EAGE, совершенно независимо пришёл к таким же выводам, получившим, однако, гораздо меньший резонанс.

Рекламная кампания, сопровождавшая коммерциализацию CSEM, вышла из-под контроля, вызывая нереалистичные ожидания. Пузырь лопнул, как только начали выясняться ограничения этой технологии исследования, патентные войны внесли смятение в ряды потенциальных заказчиков, а традиционно консервативная нефтегазовая отрасль начала ставить под сомнение преимущества данных ЭМ-исследований и сопоставлять их с обычными сейсмическими и другими данными. Глобальный финансовый кризис 2008 года ещё больше подорвал новый бизнес.

К 2011 г. компания Electromagnetic Services (EMGS) оказалась единственным удержавшимся на рынке поставщиком услуг CSEM. Теперь эта технология гораздо лучше воспринимается благодаря неоспоримым доказательствам того, что в определённых ситуациях она позволяет точно прогнозировать УВ-содержащие структуры для принятие решений о бурении. И всё же нынешнее признание и внедрение не имеет ничего общего с первоначальными прогнозами. EMGS была присоединена компанией Petroleum Geo-Services (PGS) с её новым решением по сбору электромагнитных данных буксируемой косой. И сразу начался новый патентный спор.

Основной вывод, который можно сделать из истории морской электромагнитной разведки, заключается в том, что капиталоёмкие начинающие компании могут оказаться не в состоянии обслуживать глобальный рынок.

Десять лет назад или около того норвежская Reservoir Exploration Technology (RXT) была ещё одной многообещающей компанией, чьи надежды были связаны с первым полноволновым донным цифровым регистратором. Ожидалось, что при эксплуатации системы могут возникать проблемы, но многокомпонентные данные явно превосходили всё, что могли предложить технологии съёмки с буксируемой косой, особенно в труднодоступных местах и районах сложного геологического строения.

Однако начинающая компания RXT активно боролась за международный рынок, особенно после экономического спада в 2008 г.

Что касается RXT, то ей приходилось также преодолевать недоверие нефтегазовой отрасли к системам донной сейсморазведки в целом, которое возникло в 1990-е годы. Большинство аргументов в пользу донных кос базировалось на возможности улучшения разрешения и повторяемости при выполнении проектов 4Д, но подрядчикам, работающим в секторе морской сейсморазведки, удалось убедить нефтегазовую отрасль, что в отличие от донной сейсмической съёмки сейсморазведка с буксируемой косой обеспечивает сопоставимые результаты с минимальными затратами.

Возможно, сегодня наблюдается больший интерес к извлекаемым донным узлам как средству регистрации многокомпонентных данных в сложных геологических условиях, на сверхбольших морских глубинах и в труднодоступных местах. Однако для того чтобы прийти к такому выводу, отрасли понадобилось десять лет.

Постоянный мониторинг продуктивных коллекторов (PRM), который стал возможен благодаря развёртыванию регистрирующего кабеля на морском дне, всегда представлялся очень правильной идеей, которая находила горячую поддержку на всех семинарах, посвящённых этой теме. Однако идее PRM никак не удавалось найти поддержку у нефтяных компаний. В 2003 г. BP запустила проект сейсмического наблюдения за месторождением Valhall во время его эксплуатации и продемонстрировала преимущества этой технологии. Лишь более чем десять лет спустя BP добавила к первому проекту ещё два, и единственными компаниями, которые последовали её примеру, стали Petrobras, ConocoPhillips и Shell. Противники обычно ссылаются на высокие предварительные расходы, сомневаются в долговечности и надёжности оборудования, установленного на морском дне, и высказывают небезосновательное предположение, что рано или поздно появится более совершенная технология, которая позволит избежать капиталовложений в постоянное оборудование.

На суше за последние несколько лет одним из двух наиболее важных технологических прорывов стали беспроводные системы сейсмосъёмки. По всей видимости, в данном случае речь идёт о технологии, которую ждали, чем и обусловлено её устойчивое продвижение, даже несмотря на то, что, как минимум, 70% всех наземных сейсмических исследований по-прежнему остаются проводными. Компании с энтузиазмом приняли возможность облегчения сейсморазведки не требующим высоких затрат способом с использованием более лёгкого и гибкого оборудования, способного работать в местах, не доступных для прокладки кабеля. Все сомнения вызваны только тем, какая из беспроводных технологий лучше и как лучше использовать её потенциал.

Другая важная разработка в области наземной сейсмики — пассивная сейсмосъёмка — ожидает своей участи. Первоначально возник интерес к ней со стороны некоторых операторов сланцевых месторождений в Северной Америке, которые убедились в преимуществах микросейсмических технологий для картирования последствий ГРП, но этот порыв частично угас. Этап быстрого внедрения остался позади, но все ещё не ясно, станет ли эта технология, даже с учётом дальнейшего развития, стандартной частью рабочего процесс. Ключевыми факторами по-прежнему являются реальные потребности и расходы.

Очевидно, что самым удачным итогом для новаторов является покупка их изобретения и производственных мощностей крупной компанией. Это позволяет избавиться от головной боли, связанной с финансированием дальнейших разработок и маркетингом, не говоря уже о деньгах. Наверно, самой яркой сделкой за последнее время стала продажа в 2001 г. за $100 млн Magic Earth компании Halliburton, то есть через два года после того, как технология крупномасштабной визуализации GeoProbe, для реализации которой была создана компания Magic Earth, была раскручена Texaco. Это случилось тогда, когда все думали, что крупные центры визуализации должны обеспечить ключ к лучшему анализу больших массивов сейсмических данных. Можно поспорить о том, была ли эта продажа сделкой века или просто хорошим приобретением, но сегодня никто уже не говорит так много о важности визуализации.

Другими крупными сделками по продаже новых технологий, которые стали прибыльными для поставщиков, но до сих пор не доказали свою выгоду для покупателей, могут быть названы $270 млн, уплаченных PGS за базирующуюся в Эдинбурге компанию MTEM (разработавшую систему электромагнитной съёмки) и $80 млн, которые TGS выложила за оптоволоконную систему PRM Stingray.

И, наконец, вопрос для тех, кто пытается найти безупречную идею, которая принесёт выгоду сейсморазведочному бизнесу: а как на счёт морской вибросейсмики? После стольких лет, прошедших с тех пор, как она была впервые задумана, и многочисленных исследовательских проектов кто-то непременно должен заставить её работать. Представление такой технологии гарантированно станет сенсацией на ежегодной конференции EAGE.

Все высказанные здесь суждения является личным мнением автора, к которому можно обратиться по адресу andrew@andrewmcbarnet.com.




← Предыдущая статья             Содержание номера             Следующая статья →















Яндекс цитирования
Журнал First Break и материалы всех мероприятий EAGE направляются на индексацию в систему Scopus.
Журналы Basin Research, Geophysical Prospecting, Near Surface Geophysics и Petroleum Geoscience направляются на индексацию в системы Scopus и Web of Science.