Рейтинг@Mail.ru
Навигация

← Предыдущая статья             Содержание номера             Следующая статья →

Журнал First Break – Апрель 2015 – Выпуск 4 – Том 33 – Crosstalk

МНЕНИЕ: Ответ на риторический вопрос о нефтяном кризисе

Колонка Эндрю МакБарнета

Невзирая на очевидное смятение в глобальном нефтяном секторе, BP выпустила в феврале четвёртый годовой прогноз BP Energy Outlook 2035. Такой прогноз долгосрочных тенденций развития энергетической отрасли может служить в качестве достойного кандидата на лучшее упражнение в неуместности. В частности, в основу прогноза положено увеличение мирового спроса на 37% в период с 2013 по 2035 год, или на 0,8% в год. Внимательный наблюдатель может также отметить, что это первый прогноз, опубликованный под руководством нового главного экономиста BP Spencer Dale, бывшего сотрудника Английского банка.

В защиту BP нужно сказать, что она делает то же самое, что и другие крупные нефтяные компании, такие как ExxonMobil, Shell, ENI и Statoil, которые ежегодно публикуют аналогичные исследования. Это всего лишь вынужденное действие, весомость которого меркнет в сравнении с неспособностью крупных игроков предвидеть грядущую сланцевую революцию. Нефтяные компании не ясновидящие. В недавно опубликованной статье Leonardo Maugeri, бывший топ-менеджер ENI, а ныне известный бизнес-аналитик, который предсказал сланцевый бум в США, высказался довольно прямо: «Как никогда ранее, анализ нефтяного рынка и инвестиционные решения требуют привлечения аналитиков, способных полностью учесть все реальные факторы, влияющие на колебания рынка и отличающие одно месторождение от другого и одну страну от другой, избегая сценариев, основанных на долгосрочных прогнозах (далее 2030 года), и совершенно бесполезных моделей, стоящих за такими сценариями».

Истина заключается в том, что все хотят знать, что будет в ближайшем будущем, а не 20 лет спустя. Следует беспокоиться о том, что произойдёт в следующем году или через год, оставив в покое прогнозы на десятилетие или два вперёд. Это может оказаться достаточно важным, чтобы отвлечь вас от мыслей о том, что будет в 2035 году. Как нам найти точку опоры в новых условиях низких цен на нефть? Как долго это продлится? Чего это будет стоить нефтесервисным компаниям? Вот на какие вопросы люди хотят услышать ответы.

Создаётся впечатление, что аналитики нефтяных компаний находятся в такой же растерянности, как и все остальные, кто берётся делать далеко идущие выводы. Отчасти это происходит потому, что ни одна простая кривая спроса и предложения не в состоянии учесть всей сложности мировой экономики и международной геополитики, определяющих нынешние низкие цены на нефть. Даже если мы не можем предсказать последствия, мы можем, по крайней мере, попытаться понять действующие факторы. Небольшая ремарка: всё нижесказанное может не понравиться сервисным компаниям.

Создаётся впечатление о наличии некоего консенсуса в интерпретации событий. Всё стало очень серьёзно, после принятия Саудовской Аравией решения во время заседания стран ОПЕК в ноябре прошлого года не снижать объём добычи нефти для сдерживания резкого падения цен на нефть. Принятое решение вызвало недовольство некоторых членов ОПЕК, таких как Нигерия и Венесуэла, экономика которых в значительной степени зависит от сохранения высоких цен на нефть.

Стратегический выбор Саудовской Аравии, основанный скорее на чисто экономических соображениях, чем макиавеллиевской хитрости, был логичным, хоть и неприятным для многих. Правительство страны имело все основания полагать, что как бы ни снижалась добыча, в условиях перепроизводства нефти недостаток будет восполнен в любом случае. Тогда как в долгосрочной перспективе это может привести к потере доли рынка. Саудовские министры пояснили, что их игра была направлена на обуздание бесконтрольного роста добычи нефти из нетрадиционных месторождений в Северной Америке. С их точки зрения, росту добычи из сланцев и битуминозных песчаников способствовали высокие цены на нефть, державшиеся на уровне $100 за баррель.

По мере снижение глобального спроса на энергоресурсы и изменения динамики рынка под влиянием роста добычи в США саудиты ставят под вопрос жизнеспособность добычи сланцевой нефти, умело затевая ценовую войну с США. Они опасаются, что США могут превратиться в стабилизирующего производителя, способного контролировать мировой рынок, тем самым снижая влияние ОПЕК, которое ещё осталось у этой организации. Одним из оснований для такого взгляда на вещи является то, что выход сланцевой нефти на рынок произошёл гораздо быстрее, чем у большинства традиционных производителей нефти.

Первый вопрос, который возникает, сработает ли план саудитов. Первые признаки дают возможность предположить, что добыча сланцевой нефти гораздо стабильнее, чем считалось раннее. По данным Управления по информации в области энергетики США, добыча сланцевой нефти в 2015 г. должна вырасти по сравнению с первоначальным прогнозом с 9,3 млн б/д до 9,35 млн б/д.

Управление повысило свой прогноз по объёму добычи нефти внутри страны на 2015 г., но понизило на 2016. Оно ожидает, что спад мировых цен негативно скажется на сланцевом буме США в следующем году, но не слишком сильно. В Управлении отмечают, что объём добычи нефти в Мексиканском заливе в меньшей степени зависит от колебаний цен благодаря долгосрочному характеру инвестиций. Кроме того, становится очевидным, что реакция нефтяных компаний на снижение цен, причём не только в США, приведёт к смещению акцента на уже действующие проекты по разработке и добыче нефти.

Сокращение расходов крупных нефтяных компаний повлияет на разведку и добычу (не будем также забывать о сотрудниках, которые лишатся работы). Всё это, безусловно, будет иметь негативные последствия для сервисной отрасли, особенно для сейсморазведки, которая находится на другом конце цепочки в секторе разведки и добычи. Остаётся надеяться, что препятствия на пути роста затрат на геологоразведку рано или поздно будут сметены, и это всего лишь вопрос времени. В нынешней ситуации такой прогноз может показаться слишком оптимистичным с учётом большого количества переменных.

В самом лучшем случае, который заложен в планы руководства сейсмических компаний, мировая нефтедобывающая промышленность сможет восстановиться в новых границах, скажем при цене на нефть около $75 за баррель вместо $100. Нефтяные компании будут стремиться к снижению расходов, отчасти благодаря технологическому совершенствованию, чтобы возобновить поиски и разведку новых ресурсов. Беда в том, что даже для такого сценария потребуется, как минимум год, чтобы развернуть ситуацию в обратную сторону, то есть подъём откладывается до середины 2016 г. Подразумевается также, что мировой спрос на энергоресурсы сохранится на прежнем уровне. Сложившийся консенсус, как бы там ни было, позволяет лишь с осторожностью надеяться на небольшое увеличение мирового спроса в ближайшем будущем, что связано с такими факторами, как замедление роста китайской экономики и продолжающийся спад в зоне евро.

Очевидно, переломить ситуацию может лишь резкое увеличение спроса, вызванное снижением добычи в основных нефтедобывающих странах, например в результате массовых беспорядков или международного конфликта. Подобные события не поддаются контролю, если не приведена в движение цепь событий, которая способна остановить снижение цен на нефть.

Возможно, мы вступаем в один из самых смутных и нестабильных периодов современной истории. Уже не впервые становится очевидной роль нефти в качестве основного ресурса и средства влияния, виновного в происходящем. Косвенный экономический ущерб от внезапного падения цен на нефть ещё только предстоит полностью ощутить. Теоретически более низкая цена на нефть должна быть выгодна странам-импортёрам. Однако в Европе, например, свободное падение евро означает, что более дешёвые энергоресурсы не будут иметь максимального экономического эффекта. В то время как усиление доллара США, дополнительного фактора, влияющего на современную мировую экономику, скорее всего, окажет давление на страны с большим вешним долгом.

Совершенно очевидно, что те страны, экономика которых сильно зависит от добычи нефти, столкнутся с серьёзными проблемами в области сохранения уровня государственных расходов, а в условиях политической нестабильности это может спровоцировать внутренние потрясения. Саудовская Аравия сама может оказаться в подвешенном состоянии. Королевство отчиталось о золотовалютных резервах в размере $750 млрд, что должно компенсировать ожидаемую потерю доходов из-за снижения цен на нефть, но продолжение ценовой войны может создать угрозу для социальной политики, сложившейся в результате изрядно подзабытой Арабской весны. Несомненно, другим государствам Персидского залива также придётся внести коррективы в свою политику.

Не нужно забывать и о российской головоломке, а также конспирологических и всяких иных объяснениях неустойчивой ситуации в борьбе за влияние на Ближнем Востоке. Именно здесь рыночные факторы и международная политика вступают в нечестивый союз, опровергая любые точные прогнозы в отношении того, что будет дальше. Такая неопределённость является настоящим проклятием для бизнеса и, в частности, для эффективной деятельности нефтяных компаний.

Мы должны попытаться извлечь истину из множества противоречивых толкований и спекуляций. Например, некоторые считают, что низкие цены на нефть стали результатом тайного сговора между Саудовской Аравией и США, чтобы наказать Россию за вмешательство в дела Украины и захват Крыма вдобавок к экономическим санкциям, введённым развитыми странами Запада. Однако это никак не согласуется с уроном, который был нанесён собственной нефтедобывающей промышленности США, и охлаждением отношений между США и Саудовской Аравией после попытки американцев наладить дипломатические отношения с Ираном.

В такой противоречивой ситуации возникает впечатление, что Саудовская Аравия и Израиль готовы объединиться против Ирана с его опасными ядерными амбициями. И если Иран в некоторых западных странах превозносится за расширение участия в борьбе против ИГИЛ на территории Сирии и Ирака, то другие, включая Саудовскую Аравию, озабочены истинными мотивами, которые движут этой страной.

Различные варианты развития нестабильности на Ближнем Востоке могут повлиять на мировые нефтяные цены, после чего можно будет давать прогнозы о состоянии нефтяной промышленности. По иронии судьбы, прогресс в усмирении ИГИЛ и борьбе с чинимыми им зверствами в Ираке, Сирии, Ливии и Нигерии вдобавок к примирению с Ираном, означающем отмену санкций, могут привести к росту добычи нефти и увеличению поставок на мировой рынок энергоресурсов. Вот почему нефтяным компаниям и сервисному сектору остаётся роль пассивных наблюдателей. Как бы банально это ни звучало, самый лучший совет в такой ситуации — надеяться на лучшее, а готовиться к худшему.

Все высказанные здесь суждения являются личным мнением автора, к которому можно обратиться по адресу andrew@andrewmcbarnet.com.




← Предыдущая статья             Содержание номера             Следующая статья →















Яндекс цитирования
Журнал First Break и материалы всех мероприятий EAGE направляются на индексацию в систему Scopus.
Журналы Basin Research, Geophysical Prospecting, Near Surface Geophysics и Petroleum Geoscience направляются на индексацию в системы Scopus и Web of Science.